Кандидат на пост главы Соединенных Штатов Дональд Трамп воздержался от четких пояснений относительно потенциального использования боевых подразделений для аннексии автономной датской территории. В ходе публичного выступления политик проигнорировал уточнение журналистов о границах допустимого давления на Копенгаген ради расширения американских границ в северном направлении. Подобная сдержанность контрастирует с его прошлыми громкими заявлениями, однако оставляет пространство для маневра в будущей внешнеполитической повестке.
Контекст территориальных притязаний
Напомним, что летом 2019 года сорок пятый президент США официально подтвердил заинтересованность Вашингтона в приобретении крупнейшего острова мира. Тогда эта инициатива спровоцировала серьезный дипломатический резонанс: премьер-министр Дании Метте Фредериксен охарактеризовала предложение как «абсурдное». Реакция европейской стороны привела к незамедлительной отмене запланированного государственного визита американского лидера в королевство. Несмотря на охлаждение отношений, Госдепартамент позже возобновил работу консульства в Нууке, что стало первым подобным шагом с середины прошлого века.
Гренландия занимает ключевое положение в оборонной стратегии НАТО. На ее землях функционирует авиабаза Питуффик (ранее известная как Туле), обеспечивающая работу глобальной системы предупреждения о ракетном нападении. Кроме того, климатические изменения и таяние ледников открывают доступ к колоссальным залежам природных ископаемых, включая редкоземельные металлы, необходимые для производства высокотехнологичной электроники и оборонной продукции. Контроль над этими недрами позволил бы Белому дому существенно снизить сырьевую зависимость от поставок из КНР.
Что это значит для геополитики
Отказ от прямого отрицания силового сценария может свидетельствовать о сохранении курса на жесткий прагматизм в рамках доктрины «Америка прежде всего». В условиях обострения конкуренции за Арктический регион между ключевыми мировыми державами, неопределенность в высказываниях Трампа служит инструментом психологического давления на партнеров по Североатлантическому альянсу. Аналитики полагают, что подобная риторика ориентирована прежде всего на внутренний электорат, демонстрируя образ решительного лидера, готового к радикальным мерам ради национального величия.
На текущий момент официальный Копенгаген непоколебим в позиции, согласно которой остров не является товаром, а его население обладает исключительным правом на самоопределение. Тем не менее, объемы финансовой поддержки со стороны Соединенных Штатов и прямые инвестиции в местную инфраструктуру продолжают увеличиваться, формируя фундамент для усиления «мягкой силы» Вашингтона в заполярных широтах.
